Tags: Веберн

Дали

Бетховен - 250

Великая дата. Веберн предлагал сделать этот день всемирным праздником (какая гениальная наивность!).
Соллертинский сетовал в свое время на явление «бетховеноцентризма» в истории музыки (см. в сборнике «Из истории советской бетховенианы», изд. «Советский композитор», М. 1972.- С. 148-151). Но оснований для «бетховеноцентризма» более, чем достаточно. Я не могу назвать другого композитора, влияние которого на развитие музыки было бы столь мощным. Не мне тут распространяться о новаторстве Бетховена и его художественных открытиях, но одно только, что он радикально изменил представление о музыкальном времени, делает его ключевой фигурой в истории музыки. В рамках этого времени шла вся музыка XIX века, даже перешагнула его рубеж: Малер на Западе и Шостакович у нас. Даже такой уникальный композитор как Шопен, которому Бетховен был чужд, не избежал его влияния.
Так что восславим Бетховена и будем думать, что на Земле еще долго будут жить те, кому он дорог.
И слушаем Девятую симфонию в честь События.
Collapse )
Гебуртхаус

Моцарт - Квартет №23 F-dur, К. 590

Копипаст сообщения на блогспоте:
===============================================================================================
Какое всё-таки жесткое сочинение, несмотря на кажущуюся безмятежность. Особенно по контрасту с романтиками (Шуман, Мендельсон). По жесткости можно сравнить с поздними квартетами Бетховена.
===============================================================================================

Collapse )
Гебуртхаус

Моцарт и Веберн

Гениальный пианист и пламенный моцартофоб Глен Гульд, называя g-moll'ную симфонию (К. 550) удручающе банальной, выделяет в ней одно место - начало разработки финала, где вдруг Моцарт, по мнению Гульда, становится вровень с самим Веберном. Место и впрямь экстраординарное, и снисходительная похвала Моцарту в устах его ненавистника дорогого стоит.
Но к перечню мест у Моцарта, где он достигает высот нововенской школы, я бы добавил полутороминутную жигу G-dur (K. 574) и финал квартета A-dur (K. 464), который сам Бетховен переписал для себя в партитуре.
***
А я, как истый антимоцартофоб, после жиги прослушал Adagio h-moll (K. 540) - Браутигам записал их на диске друг за другом - и должен сказать, что этих высот не достигает никто, даже Веберн.
Бронзино

Александр Вустин - "Sine Nomine" для оркестра (2000; дир. Ю. Николаевский)

Впервые слушаю этого композитора, которым заинтересовался благодаря моему другу lana_ustinov.
Перед оркестровой пьесой прослушал Багатель для ф-но (2012; пианист Оливер Триндл), но не понял ее.
А оркестровое сочинение даже весьма заинтересовало, но сразу возникла ассоциация с Веберном: Пассакалией op. 1 (1908) и, особенно, Шестью пьесами для оркестра op. 6 (1909). Пассакалия еще очень "малеровская", после Вустина прозвучала чистой классикой. Опус 6 куда радикальнее. И, как явствует из статьи в википедии, образ Веберна возник у меня неслучайно.
Пожалуй, надо побольше музыку Вустина, к великому прискорбию, совсем недавно умершего от новой заразы, послушать.
Есть подборка на классик-онлайн.
Дали

Ассоциативный беспредел

Когда я был активным членом форума "Классика" (лет 10 назад), один коллега дал некоторым моим записям такую характеристику: ассоциативный беспредел. Отчасти в упрек, отчасти в похвалу.
Ну что же: искусство, а музыка особенно, сильно развивает ассоциативные связи в мозгу (что не вредно и в занятиях наукой).
Да, я люблю всякие "далековатые сближения" (по выражению еще одного моего форумного друга).
Почему-то вчера я вспомнил об одной странной ассоциации - между Квартетом op. 28 Веберна и 13 квартетом Шостаковича, которая пришла мне неожиданно в голову примерно год назад. Переслушав веберновский квартет, написал заметку на блогспоте.
Collapse )
Бронзино

B-dur

Так вышло, что вчера и сегодня я подряд слушал три вещи в одной и той же тональности B-dur: Трио op. 97 Бетховена (в исполнении Beaux Arts Trio, вчера), Сонату D. 960 Шуберта (в исп. М. Дальберто) и моцартовский предпоследний квартет (К. 589; Итальянский квартет). И единственное, что объединяет эти сочинения - только тональность (выношу за скобки изменения тональности при переходе от части к части). Образные сферы (или, лучше сказать, возможные миры) этих сочинений попарно не пересекаются.
Особенно это бросается в глаза (точнее, в уши) при сравнении трио Бетховена и сонаты Шуберта. И тем разительнее различие, что есть определенное сходство в темах первых частей, вообще построение этих частей по типу "медленного быстрого" первого Allegro, изобретенного Бетховеном и гениально усвоенного и переосмысленного Шубертом. Бетховенское трио, возможно, самое безмятежное его сочинение, такая высокая "неоантичная" идиллия, какую в живописи можно видеть, например, у Пуссена. Я сейчас особенно резко это почувствовал после прослушанной на днях 29-й сонаты (Э. Гилельс; тоже B-dur :) ). И у Шуберта никакой безмятежности. Это тоже, как и первая часть сонаты G-dur (op. 78), трагическая пастораль.
Что касается квартета Моцарта, я о нем и его "авангардизме" (для своего времени) тут не раз писал и не буду повторяться. Думаю, что один "рваный" фрагмент финала мог даже снискать одобрение штатного моцартофоба Глена Гульда (как он снизошел до одобрения начала разработки финала g-moll'ной симфонии, К. 550, усмотрев, что тут "плохой композитор" Моцарт вдруг возносится до веберновских высот).
Тигр-2

Из подвала (или С чердака)

Стоит мне разозлиться и захотеть уйти отсюда наф совсем, как начинаю строчить. Черт знает что...

Вот еще некоторые ссылки на старые записи в других сетях:

"Кант и Раневская"
"Деревья и здания"
"Весна света в Коломенском"
"Св. Георгий и принцесса"
"Foro Romano"
"Тени"
Об одной картине Тёрнера.
О нововенской школе.
"Петербургское лето в Венеции".
Сагрестани

Палестрина

Вдруг я впал в мессы Палестрины. Это прекрасное средство лечения от гайдно-моцартовского запоя, из которого я не могу вылезти уже почти полгода.
Я готов понять тех, кто, погрузившись в музыку 14-16 веков, не воспринимает музыку, основанную на классической функциональной гармонии: она начинает казаться слишком однозначной, прямолинейной.
От Палестрины, Джезуальдо, Окегема можно сразу переходить к кантатам Веберна, минуя всю эпоху классической гармонии, которая, по словам Стравинского, имела блестящую, но короткую историю.
Сагрестани

Вагнер - "Зигфрид-идиллия"

Прослушанная вчера ранняя идиллия Веберна "Im Sommerwind" (1904), еще совершенно "вагнеро-малеровская", заставила вспомнить "Зигфрид-идиллию" Вагнера, давно не слушанную.
Вчера извлек старую пластинку, где Г. Себастьян дирижирует оркестром Московской филармонии, а сейчас из сети кое-что вытащил. Например, вот это.
А ведь совершенно замечательная музыка! Многое в лирике Малера отсюда, а также некоторые пасторали Брукнера, например, вторая часть Шестой симфонии.
Помимо всего прочего Вагнер был и гениальным пейзажистом.
А еще тема дуэта Марины Мнишек и Самозванца (вторая картина третьего акта) почти тождественна начальной теме вагнеровской идиллии. Интересно, случайно это или Мусоргский сознательно "процитировал" Вагнера? Он мог знать и идиллию, и оперу "Зигфрид".
Вот еще интересный материал.
Сагрестани

Веберн

Удивительно: слушал, слушал; в свое время почти все из полного собрания на Дёйче Граммофоне прослушал, но, как говорится, просто принимал к сведению, хотя интерес к этой музыке был.
А вот недавно, после Шести оркестровых пьес op. 6, вдруг произошел скачок: я стал чувствовать эту музыку. Слушаю и буквально упиваюсь. И всё в большей степени понимаю, насколько проницателен был А. Берг, сравнивавший Веберна с Моцартом (я тут об этом уже писал). Вот цитата из высказывания Ф. Гершковича, приводимая в книге "Неизвестный Денисов"(М.: Композитор, 1997): «От Альбана Берга я слышал следующую оценку музыки Антона Веберна, сначала сбившую меня с толку, но которую я начал понимать очень хорошо после того, как мне стало известно стремление Берга к популярности: «Веберн пишет очень красивую музыку, которая, однако, никогда не добьется популярности. Его музыка - как музыка Моцарта; Моцарт тоже непопулярен»» (с. 143).
Известно высказывание Г. Чичерина: "Моцарт - самый сложный, самый эзотерический из всех композиторов". И Веберн может соперничать с ним на поле эзотерики. При всем различии, даже несопоставимости, стилей и эпох.
Тот же Денисов заметил, что музыка Веберна доступна по существу лишь музыкантам-профессионалам (как тут не вспомнить Брюсова, писавшего, что "Домик в Коломне" Пушкина доступен почти только поэтам).
И при этом (типичный парадокс, если можно так выразиться): возникает иллюзия легкой имитации того и другого. Некоторые слушатели (обычно это не музыканты), услышав что-то из зрелого Веберна, замечали: "Так это каждый так может!". "Мой Васька бегает по роялю", - как сказал Глазунов (чуть ли не в разговоре с М. Юдиной), оценивая музыку то ли Кшенека, то ли кого-то из нововенцев. Васька - это кот. А Л. Сабанеев писал (не без хвастовства), что очень легко и быстро научился имитировать стиль Моцарта.
Так что действительно: "О сколько нам открытий чудных готовит просвещенья дух..."

Collapse )