April 15th, 2010

Дали

Выставка Пикассо

Выбрался на выставку Пикассо. Так как я почти не разбираюсь в живописи, то ограничусь краткими замечаниями, для памяти.
Приятно было увидеть знакомые (в основном, по репродукциям) картины и гравюры: "Пауло в костюме Арлекина" (совершенно гениально!), "Кошка и птица" (вспомнил "Тигра" Кокошки в венском Бельведере), "Минотавромахия" (в двух вариантах), "Бойня в Корее" (людей расстреливают кентавры: сверху роботы, снизу люди), "Женщина со сцепленными руками". К сожалению, из картин-вариаций (письмо по моделям) есть только одна - "Завтрак на траве" (по Э. Мане), - а хотелось бы посмотреть живьем на "Менины" (по Велкаскесу), "Художника" (по Эль Греко). Картины классического периода напомнили мне о том сильном впечатлении, которое произвела на меня коллекция Пикассо в пражской Национальной галерее, где как раз доминируют картины этого периода.
Сколько я ни старался распознать мужчину и мандолину на кубистическом полотне "Мужчина с мандолиной", мне это не удалось, хотя мелькали в моем восприятии какие-то маски, напоминающие мужские лица, и какие-то обломки музыкального инструмента. Я могу понять подобного рода картины вполне банально как своего рода "разложение по базису", или "разложение в ряд". В случае с "Мандолиной" ряд (в моем восприятии) явно разошелся. Впрочем, Гегель считал расходящийся ряд более глубоким постижением бесконечного, чем сходящийся. В "Мужчине с гитарой" ряду, пожалуй, удалось сойтись к монументальной мрачной фигуре, напоминающей Колоссы Мемнона. Совершенно убедительна для меня такая "геометрическая мифология" в моем любимом "Портрете Воллара" из нашего музея.
Великолепны портреты Доры Маар и Марии Терезы.
Из эротических монстров 30-х годов самое сильное впечатление произвел "Акробат" (и еще, пожалуй, "Большая купальшица с книгой").
Поздние работы: "Тень" - не тень, скорее, а "фигурная дыра", из тех, которые Ю. и М. Лотманы находят в поэзии И. Бродского.